«Безымянная Япония: демографическое, историческое и человеческое измерение»
Как численность населения связана с историей страны
Цепь рождений и смертей огромного количества безымянных людей образует основу исторического процесса, и без этих людей сама история была бы невозможна, считает доктор исторических наук Александр Мещеряков. В книге «Безымянная Япония: демографическое, историческое и человеческое измерение» он не только рассказывает об истории Японии через призму меняющейся численности населения, но и раскрывает изменение исторической психологии японцев. Книга вошла в длинный список премии «Просветитель» 2026 года. Предлагаем вам ознакомиться с фрагментом о том, как шла борьба с инфантицидом и менялись традиции вступления в брак в период Мэйдзи.
Размер репродуктивной базы: поголовная брачность и новая семья на прежний лад
За период Мэйдзи население страны существенно увеличилось, а рождаемость выросла с 24,1 промилле до 33,3 промилле*. Это произошло прежде всего за счет повышения коэффициента брачности. В 1886 году он составлял чуть менее 80 процентов**, а к концу периода Мэйдзи вырос до 97–98 процентов***. После этого данный показатель держался на том же уровне. Перепись 1920 года показала, что 97,8 процента мужчин и 98,2 процента женщин в возрасте до 50 лет хотя бы один раз состояли в браке****. Таким образом, практически все взрослое население Японии стало вступать в брачные отношения. Чем объясняется, что брачность выросла столь значительно и быстро?
* Симидзу Кацуёси. Сёва сёки-но косю эйсэй-ни цуйтэ (Общественная гигиенав начале периода Сёва) // Миндзоку эйсэй. 1978, № 2, с. 54–55.
** Akira Hayami. Population, Family and Society in Pre-ModernJapan. Folkerstone.P. 349–350.
*** Хамано Киёси. Рэкиси дзинкогаку-дэ ёму эдо дзидай (Период Эдо с точки зренияисторической демографии), с. 37.
****Сакаи Юитиро. Кадзокусюги то кодзинсюги-но рэкиси сякайгаку. Киндай нихон-ниокэру кэкконкан-но хэнсэн то минсюка-но юкуэ (Семейные и индивидуаль-ные ценности в зеркале исторической социологии. Дискуссия о брачныхотношениях и развитие демократии). Токио: Кэйо гидзюку дайгаку, 2013,с. 81.
Общий дух перемен способствовал ломке привычных стереотипов поведения, и младшие сыновья получили гораздо большие воз можности для создания семьи. Принцип примогенитуры сохранял свою значимость, родители по-прежнему неохотно шли на раздел имущества, но отмена сословий привела к тому, что необходимость заниматься тем же самым, что и предки, отпала. Младшие потомки крестьянских семей (как мужчины, так и женщины) в связи с бурной урбанизацией и развитием рынка труда получили возможность оторваться от земли и прочно осесть в городе. За счет постепенного искоренения инфантицида наблюдавшийся в токугавском обществе гендерный дисбаланс существенно уменьшился (но «норма» современного общества, когда женское население превышает мужское, была достигнута только в 1937 году). Понижение социальных барьеров увеличило свободу в общении и передвижении, что давало возможность более результативного поиска брачного партнера. Новомодное мнение европейски образованных медиков о пагубности для потомства близкородственных браков (они были широко распространены в токугавской Японии) стимулировало поиск брачного партнера вне пределов своей округи и социальной группы.
Статья, опубликованная в 1889 году в журнале «Общества улучшения обычаев в Великой Японии» («Дайниппон фудзоку кайрёкай»), указывала на медицинский вред кровнородственных браков и призывала, чтобы «брачные партнеры обретались не в узкой среде кровных родственников в деревне или другого ограниченного региона, но по всей Японии. Пусть мужчина из Сацумы женится на женщине с севера, а женщина с Сикоку выйдет замуж за мужчину из Ниигаты»*.